Почему захламлённое жильё в многоэтажках становится проблемой для всего дома

Большой пожар в одной из квартир на проспекте Ауэзова областного центра в начале февраля стал поводом вновь заговорить о ситуации, которая обычно остается за скобками. Тогда пожарным пришлось расчищать завалы вещей, чтобы добраться до очага возгорания. История не нова: квартиры захламляются далеко не внезапно, а последствия этого рано или поздно начинают ощущать все соседи.

Когда личное становится общим

Сначала такие квартиры почти незаметны. Соседи чувствуют запах, иногда жалуются на насекомых, замечают, что дверь открывается редко, а мусор выносится нерегулярно. Обычно люди стараются не вмешиваться — со своим уставом в чужой монастырь не лезут. Но в многоквартирном доме граница между личным и общим оказывается довольно условной.

Захламление постепенно перестает быть только бытовой проблемой. Возникают антисанитария, риск короткого замыкания, перекрываются проходы, нарушается вентиляция. И только когда появляется реальная угроза безопасности, становится очевидно, что вмешательство неизбежно. Но как его осуществить, чтобы не нарушить полсотни законодательных норм?

Пожарные говорят, что вызовы в "нехорошие" квартиры для них не редкость.

— Периодически приходится выезжать на пожары в таких квартирах. Лет 5 – 6 назад мы тушили помещение в доме № 104 на улице Казахстан, — прокомментировал командир отделения ПЧ-6 Аслан Мукашев. — Я уже и не припомню, была это полуторка или двухкомнатная квартира на втором этаже. Там тоже все было забито хламом. В прошлом году подобную пришлось тушить на Потанина. Оттуда вывезли два КамАЗа барахла. Но такую, как горела на Ауэзова 49б, встречаю впервые: там было просто фантастическое количество мусора. Понадобилось восемь грузовиков, чтобы вывезти все это на свалку.

В подобных условиях огонь распространяется быстрее обычного. Бумага, одежда, пластик и бытовые отходы — легковоспламеняемая среда, а спасателям приходится сначала освобождать проходы, чтобы добраться до очага. Время, которое в обычной квартире уходит на тушение, здесь тратится на расчистку.

Катастрофа на Ауэзова заставила прозреть жильцов одного из домов на улице С. Нурмагамбетова. 13 февраля после их обращения полиция и представители коммунальных служб установили, что в квартире в течение долгого времени складируются техника, коробки, одежда и другие вещи, создававшие антисанитарные условия и потенциальную угрозу пожарной безопасности. Хозяйка квартиры отсутствовала, но в пределах досягаемости проверяющих оказался ее сын. Работы по очистке начались только с его согласия — очередное напоминание о том, насколько ограничены возможности вмешательства, пока ситуация не выходит за рамки закона.

Вмешательство — крайняя мера

Истории захламленных квартир в Усть-Каменогорске появляются в новостях уже много лет, и почти всегда они развиваются по одному сценарию. Сначала соседи пытаются договориться, затем терпят, на­деясь, что ситуация изменится, и лишь после этого обращаются в службы.

Несколько лет назад горожане обсуждали громкий случай, произошедший в одном из районов областного центра. Пожилая женщина превратила квартиру в склад мусора и приют для животных. Жалобы на запах и антисанитарию поступали, но правоохранители не смог­ли добиться того, чтобы их впустили в квартиру. Соседи пытались бороться самостоятельно и даже заблокировали входную дверь, однако хозяйка стала лазать в квартиру через балкон (помещение расположено на первом этаже), и ситуация продолжала ухудшаться.

В итоге вмешались волонтеры. Более десяти истощенных животных отправили в приют. Из квартиры вывезли около 17 тонн мусора. После этого потребовались дезинфекция, восстановление электропроводки, отопления и канализации. Подобные квартиры после очистки нередко требуют ремонта, а возвращение жилья к нормальному состоянию занимает месяцы. Сама женщина искренне считала свои действия правильными и была уверена, что помогает животным.

А в 2012 году у обладательницы подобного жилья органы опеки даже забрали дочь, мотивировав свои действия опасностью, которой подвергается малышка в захламленной квартире. 

Подобные истории показывают, что чаще всего речь идет не о намеренном пренебрежении соседями, а о ситуации, в которой человек постепенно теряет способность объективно оценивать происходящее. И вмешательство происходит уже тогда, когда проблема становится очевидной и опасной для всех.

Не странность, а болезнь

В повседневной речи таких людей часто называют "плюшкиными", однако специалисты подчеркивают: речь идет не о привычке к беспорядку и не о бытовой неаккуратности. За захламлением нередко стоит психическое расстройство — хоардинг, или синдром патологического накопительства.

Заведующая диспансерным отделением отдела психиатрии ВК ОЦПЗ Алтынай Турарова объясняет, что заболевание развивается постепенно:

— Человек не может расставаться с вещами, даже если они объективно не представляют ценности. Важно понимать разницу: бережливость — это когда человек хранит нужное и способен спокойно выбросить лишнее. При патологическом накопительстве выбрасывание вызывает сильную тревогу, почти панику. Вещи постепенно заполняют пространство настолько, что жильё становится небезопасным — нарушаются санитарные нормы, возрастает риск пожара.

Проблема в том, что сам пациент чаще всего не видит происходящее со стороны. Антисанитария, неприятные запахи, насекомые или опасность пожара не воспринимаются им как угроза. Наоборот, накопленные вещи могут казаться ценными или необходимыми. Именно поэтому соседи и близкие чаще всего сталкиваются уже с поздней стадией заболевания, когда квартира фактически перестает выполнять свою основную функцию — быть местом для жизни.

По словам специалиста, сегодня хоардинг рассматривается как самостоятельное психическое заболевание. Симптомы патологического накопительства встречаются примерно у 2,5 процента людей. Риск развития болезни значительно возрастает после 55 лет, особенно у людей, живущих в одиночестве или побывавших в тяжелых жизненных обстоятельствах. При этом заболевание одинаково встречается и у мужчин, и у женщин.

Захламление обычно проходит несколько стадий. Сначала вещи занимают часть пространства, затем начинают перекрывать проходы, блокировать окна и двери. В более тяжелых случаях помещения перестают использоваться по назначению, повреждаются коммуникации, появляются насекомые и грызуны. Человеку становится трудно передвигаться по собственной квартире, возрастает риск падений и травм. И почти неизбежно увеличивается вероятность пожара: даже небольшое возгорание в таких условиях распространяется стремительно.

— У некоторых пациентов развитие хоардинга можно "притормозить", есть примеры, когда после медикаментозного лечения состояние стабилизируется, но часто такие люди нуждаются в присмотре и уходе со стороны, — подчеркивает психиатр. — Для этого нужна либо опека родственников, либо оформление в специальное учреждение. И это не так просто. Психиатрический диспансер предназначен для лечения, а не для проживания пациентов. А в интернаты, где люди живут годами, в области очередь — ждать места приходится около двух лет. Так что оформлять человека в такое учреждение нужно заранее. 

Со слов Алтынай Курмашевны, проблема заключается в том, что люди, страдающие "синдромом Плюшкина", зачастую остаются в одиночестве, и болезнь доходит до такой стадии, что может привести к катастрофическим последствиям.

— К этому нужно относиться ответственно и государственным службам, и обществу, — убеждена Алтынай Турарова. — Не замалчивать, не оставлять человека наедине с болезнью. К сожалению, людей с психическими заболеваниями среди населения намного больше, чем тех, что состоят под динамическим психиатрическим наблюдением. Нужно быть неравнодушными, принимать активное участие в их судьбе.

Между неудобством и бездействием

Со стороны может казаться, что достаточно одной жалобы, чтобы проблему решили. Но законодательство выстроено так, чтобы защищать и право соседей на безопасность, и право человека на неприкосновенность жилища.

В Казахстане основным инструментом воздействия являются административные штрафы, предписания органов СЭС и пожарной безопасности, а также гражданские иски в суд. Сфера эта регламентируется в нескольких нормативно-правовых актах: в Кодексе "Об административных правонарушениях", Гражданском кодексе, Законе "О жилищных отношениях" и "Санитарно-эпидемиологических требованиях к административным и жилым зданиям", утвержденных Минздравом.

Как сообщили в департаменте полиции ВКО, еще в 2023 году на жильца квартиры на Ауэзова, 49б, поступило обращение соседей по поводу складирования мусора на лестничной клетке, был составлен административный протокол за нарушение правил благоустройства. Других жалоб не было, поэтому дополнительные меры не применялись.

— Участковый инспектор полиции в рамках своих полномочий имеет право проводить профилактическую работу, выносить официальные предупреждения, а при наличии состава административного правонарушения — собирать материалы для привлечения к ответственности, — сообщил заместитель начальника ДП ВКО Казбек Такжанов. — Однако применение данных мер возможно исключительно при наличии обращений либо выявленных в установленном порядке нарушений.

В полиции отмечают, что за прошедший год в органы полиции поступило более ста обращений, связанных с нарушением санитарных норм совместного проживания в многоквартирных домах, однако большинство из них касается мусора в местах общего пользования. Ситуации, связанные именно с захламлением квартир, встречаются значительно реже и требуют более длительного разбирательства.

Правозащитник Алексей Божков уверен, что в реальности самым эффективным способом оградить себя от нечистоплотных соседей остается судебный порядок.

— К сожалению, призвать к ответу жильца, накап­ливающего опасный мусор в квартире, по моему мнению, возможно только в суде, — считает юрист. — Для этого нужно зафиксировать факт такого накопления. При появлении неприятного запаха, тараканов, которыми всегда сопровождается подобное поведение, необходимо подать коллективное заявление в отдел полиции. Участковый реагирует, опрашивает соседей, имеет право войти в квартиру для проверки, а материалы, собранные им, можно использовать в качестве доказательства в суде. Сразу оговорюсь — дело это не быстрое, оно способно занять до полугода, за которые может произойти многое. Но, факт есть факт, это единственный рабочий метод борьбы с "плюшкиными", другого эффективного метода я не знаю.

При этом специалист подчеркивает, что чрезмерное расширение возможностей контроля может привести и к злоупотреблениям, поэтому законодательство в этой сфере остается осторожным.

Вместо вывода

"Нехорошие" квартиры — неудобная тема для разговоров. Она находится на границе частной жизни и общей безопасности, где простых решений не существует. Закон защищает право человека на свое жилье, но последствия его решений нередко выходят за пределы одного домохозяйства.

Пожар на Ауэзова стал лишь очередным напоминанием о том, что подобные проблемы не возникают внезапно. Они нарастают годами — тихо, за закрытой дверью. И чем дольше ситуация остается незамеченной или игнорируется, тем выше вероятность, что однажды она станет общей для всего дома.

Действия соседей при захламлении квартиры владельцем:

1. Обращение в ОСИ/КСК. Администрация дома должна составить акт о нарушении и направить предписание собственнику.
2. Заявление в департамент санитарно-эпидемиологического контроля в связи с антисанитарией, запахом, грызунами или тараканами.
3. Обращение в местный отдел полиции — вызов участкового инспектора для фиксации правонарушения по статье 505 КоАП (нарушение правил благо­устройства/содержания жилья).
4. Обращение в службу ЧС (пожарная служба), если мусор создает угрозу пожара.
5. Иск в суд: принудительное устранение мусора, если иные меры не дали результата.

Фото автора и Елены Бредихиной