Эпопея с открытием центра адаптации бывших заключённых в Усть-Каменогорске продолжается уже 8 лет

В областном центре много лет подряд не может разрешиться сложное уравнение. Есть бывшие осужденные, которые остро нуждаются во временном пристанище после освобождения из тюрьмы, где им предоставят кров и питание, окажут помощь в трудоустройстве. Есть активисты, которые имеют огромный опыт работы с экс-заключенными и готовы курировать работу такого учреждения. Нет только здания, в котором можно было бы разместить этот дроппинг-центр. Предоставить здание должны областные власти. Но они не спешат заниматься этим вопросом.

"Не хочу опять воровать"

Геннадию Данилову 32 года. Он вышел из тюрьмы чуть больше месяца назад. Посадили его за кражу. А освободился мужчина досрочно, после полутора лет заключения. За то время, пока Геннадий нес уголовное наказание, его мама перебралась в Россию.

По словам героя, из тюрьмы он вышел с пустыми карманами. Даже деньги на проезд ему не выделили, так как местным жителям они не положены.

Сейчас Геннадий обитает у друга.

На работу он пытался устроиться уже несколько раз, но всегда сталкивался с обманом.

Мужчина отмечает, что ранее он также обращался за помощью в ДУИС (департамент уголовно-исполнительной системы) ВКО в надежде на то, что ему окажут содействие в трудоустройстве или выдадут социальный пакет. Но Геннадию предложили только юридическую поддержку.

Сложившаяся ситуация для Геннадия — словно проверка на прочность. Будучи осужденным за кражу, он знает, как быстро поправить свое материальное положение. Но возвращаться к старым привычкам мужчина не желает.

Бывший осужденный мечтает трудоустроиться, накопить денег и пере­ехать поближе к семье.

Вышел в другую реальность

С какими проблемами сталкиваются люди, которые только что освободились из тюрьмы?

Наша собеседница отмечает, что существуют различные государственные программы и организации, которые помогают вчерашним заключенным решать насущные проблемы. Например, центр занятости может оказать содействие в трудоустройстве. Но есть одно "но" - прописка.

А чтобы решить вопрос с жильем, нужно сначала заработать денег. На этом круг и замыкается.

Разрешить дилемму смог бы специальный центр адаптации — кризисное учреждение, где освободившимся из тюрьмы гражданам предоставляли бы временное жилье, прописку, питание, юридические консультации и помощь в трудоустройстве.

По мнению сотрудника ОФ "Answer" Андрея Сатаева, вопрос реабилитации и социализации бывших заключенных – это не только про гуманность, хотя и про нее тоже. Это в первую очередь про то, чтобы не допустить повторных правонарушений со стороны людей, которые ранее уже переступали черту закона.

А еще это вопрос конт­роля.

Собеседник считает, что государству и налогоплательщикам выгоднее реабилитировать бывших заключенных и возвращать их в общество, чем содержать в тюрьмах. Кроме того, если бывший заключенный не пройдет адаптацию и вернется к криминалу, тем самым он тоже нанесет ущерб обществу. Ведь кто-то станет жертвой последующих за освобождением правонарушений.

К слову, у Андрея за плечами два тюремных срока и последующая успешная реабилитация.

Собеседник может привести множество позитивных примеров, связанных с клиентами и сотрудниками фонда "Answer".

Дом, который помешал

Идея открыть в Усть-Каменогорске дроппинг-центр, или центр адаптации бывших заключенных — вовсе не новая. В 2014 году на окраине города, рядом с дачным кооперативом "Дружба", появился небольшой дом. В нем и должны были жить люди, только что освободившиеся из тюрем. Проект курировал ОФ "Answer". Но против открытия центра выступили дачники — они не захотели соседствовать со вчерашними заключенными. Люди начали обращаться в различные инстанции с просьбами провести проверки в отношении центра. В результате Иртышская бассейновая инспекция установила, что здание построено в водоохранной полосе. Общественники пытались возражать, объясняя, что при оформлении документов им неправильно обозначили пределы водоохранной полосы. Но, несмотря на это, инспекция подала в суд, а суд, в свою очередь, постановил снести здание.

На этом история не закончилась. Безвозмездную финансовую помощь на строительство адаптационного центра выделило посольство Японии в рамках программы "Корни травы". Средства были потрачены по прямому назначению – на строительство центра. Но здание пришлось снести. А это значит, что обязательства Казахстана перед Японией оказались не выполненными. Чтобы урегулировать ситуацию, центр решили открыть за счет финансов региона. Под это было выделено 17 миллионов тенге.

Какое-то время ОФ "Answer" снимал для бывших заключенных квартиры. Потом от этой идеи тоже пришлось отказаться. Тогда сотрудники фонда начали прописывать людей в собственных квартирах. Активисты делают это по сей день.

Но надежду на то, что в городе рано или поздно появится дроппинг-центр, общественники не потеряли. Они пытаются достучаться до представителей власти всеми возможными способами.

Крайний ответ по поводу содействия в открытии реабилитационного центра от управления координации занятости и социальных программ ВКО поступил в ОФ "Answer" летом 2020 года.

Андрей Сатаев предлагает открыть дроппинг-центр в промышленной зоне или на пустыре, где такого рода учреждение не спровоцирует гнев соседей.

В первом центре, который пришлось снести, было небольшое подсобное хозяйство. Бывшие заключенные разводили кур, уток и кроликов. В новом центре курирующая организация хотела бы повторить этот опыт.

Все заключенные когда-то возвращаются в общество и сталкиваются со сложным выбором – пытаться построить свою жизнь с нуля, несмотря на трудности и проблемы, или свернуть на легкий и уже опробованный путь криминала. И если игнорировать этот факт, не замечать проблему или проводить работу с экс-осужденными для галочки, итог будет соответствующим.