Почему в ВКО дети гибнут на заброшенных объектах?
С наступлением тёплых дней пространство, в котором обитают школьники, пока родители на работе, существенно расширяется. Ребячьи компании нередко залезают в места, где существует риск для жизни. Порой такие походы заканчиваются трагически. Почему детей не останавливают лекции и пояснения взрослых? Какая психологическая потребность толкает подростков в заброшенные дома и в руины промышленных объектов? Какие меры безопасности, применяемые в ВКО, оказываются наиболее действенными, разбирался корреспондент YK-news.kz.
Случай или система?
Перед выходом на каникулы во всех школах республики вновь и вновь разъясняли детям правила безопасного поведения: на дороге, на воде и так далее. В надежде на то, что подрастающее поколение осознает опасность и будет ответственно относиться к собственной жизни. Однако эти беседы достигают сознания детей далеко не всегда. Доказательством тому служит трагедия, которая случилась в городе Алтае 19 апреля.
Компания подростков играла в заброшенном здании на улице Промышленной. Одна из школьниц 2011 года рождения не заметила отверстие в полу. Девочка оступилась и упала со второго этажа, получив многочисленные травмы. Врачи месяц боролись за её жизнь, но спасти не смогли. Пострадавшая скончалась в больнице 20 мая.
Случай в Алтае, к сожалению, не уникален для нашей республики. В последние годы заброшенные и недостроенные здания в разных регионах Казахстана регулярно становятся местом гибели и тяжёлых травм детей и подростков. Вот хроника несчастных случаев только за последние пять лет.
В 2022 году в Актобе девятилетний ребёнок погиб после падения в резервуар на территории заброшенного элеватора.
В 2025 году в области Жетісу подросток получил тяжёлые травмы после обрушения бетонной плиты в заброшенном здании. Для его спасения потребовалось вмешательство экстренных служб.
В 2024 – 2025 годах в Алматы и Астане фиксировались случаи обнаружения тел подростков в заброшенных зданиях, по которым возбуждались уголовные дела и проводились проверки обстоятельств смерти.
Эти эпизоды различаются по причинам и итогам расследований, но объединяет их одно. Дети погибли, потому что имели доступ к опасным неэксплуатируемым объектам.
По следам беды
По факту происшествия в Алтае полиция в тот же день начала досудебное расследование по части 3 статьи 114 УК РК (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности).
В ходе расследования полиция установила собственника заброшенного здания. Окончательная правовая оценка его действиям, а точнее бездействию, будет дана по результатам расследования. Хотя решение правоохранителей уже ничего не изменит в судьбе 15-летней школьницы, чья жизнь оборвалась. Сейчас нас больше волнует вопрос, что делается в области, чтобы несчастные случаи не повторились в другом месте.
По информации ДП ВКО, полицейские регулярно проводят рейды, чтобы выявить, где имеется свободный доступ к "заброшкам", открытым колодцам и прочим потенциально опасным объектам. Они могут привлекать к ответственности собственников, которые не ограждают эти объекты. В том случае, если собственника вообще удаётся найти.
По данным Управления государственного архитектурно-строительного контроля Восточно-Казахстанской области, на территории региона сегодня насчитывается 440 зданий, длительное время не находящихся в эксплуатации. Из них 175 объектов находятся в частной собственности, 222 — бесхозные, а 43 относятся к коммунальной собственности. Часть этих зданий признаны аварийными или недостроенными. Значительная часть объектов остаются без ограждений или физического ограничения доступа. А это значит, что новая беда может стрястись практически в любом месте и в любой момент.
Это сладкое чувство страха
Помимо рейдов по выявлению потенциально опасных мест, полиция ведёт разъяснительную работу среди школьников и их родителей. По данным ДП ВКО, с начала 2026 года уже прошли 2593 такие лекции. Однако правоохранители напоминают, что ответственность за безопасность детей лежит в первую очередь на организациях образования, родителях и законных представителях несовершеннолетних.
В свою очередь, Управление образования ВКО в качестве основной меры профилактики называет "десятиминутки" безопасности на классных часах, а также родительские лектории. За минувший учебный год в ВКО прошло 8000 таких лекториев, которые охватили более 56 тысяч родителей.
Казалось бы, работа ведётся. Однако трагедия в Алтае заставляет задаться вопросом: почему при тысячах лекций и родительских собраний дети всё равно оказываются в местах, где один неверный шаг может стоить жизни?
Беда в том, что, по мнению психологов, посещение всевозможных "страшных мест" представляет собой реальную психологическую потребность и необходимый этап взросления. Видный исследователь детской субкультуры Мария Осорина считает, что наши дети специально ходят "бояться" в заброшенные здания, на стройки, пустыри и технические сооружения — пространства, не контролируемые взрослыми.
Итак, взрослые ведут разъяснительную работу, пытаясь доказать детям потенциальную опасность "заброшек". Но получается, что дети сами это прекрасно знают. Именно опасность и влечёт их туда.
Опыт самостоятельности, риска, тайны и принадлежности к группе — это то, без чего невозможно познать себя и занять достойное место в детском коллективе. Выходит, что никакие разъяснения и уговоры не отвратят детей от похода в "страшное место". И произойдёт это именно тогда, когда взрослые не будут знать об этом. А значит, всегда будет сохраняться потенциальная возможность беды.
Полная недоступность
Мы далеки от мысли, что разъяснительно-профилактическая работа, которую ведут педагоги и правоохранители, недостаточна или неэффективна. Скорее всего, большинство детей эти уроки усваивают и хотя бы иногда задумываются о возможных последствиях. Но всегда могут найтись юные авантюристы, для которых тяга к исследованию страшного и неизведанного пересилит инстинкт самосохранения. А значит, задача взрослых — сделать так, чтобы дети испытывали свою храбрость и переживали чувство общности в безопасной обстановке. Согласитесь, есть разница между рассказыванием "страшных историй" в укромном шалаше, выстроенном среди кустов во дворе родного дома, и поиском приключений в полуразрушенных строениях. Последние должны быть ограждены и полностью недоступны. И не только для детей.
По данным Управления государственного архитектурно-строительного контроля ВКО, "заброшки", хозяева которых известны, иногда удаётся ликвидировать. С владельцами 36 аварийных зданий из 175 частных "заброшек" проведена разъяснительная работа о необходимости сноса. За 2024 – 2025 годы на территории ВКО ликвидировано 25 заброшенных зданий. Чаще всего это работает там, где местные исполнительные органы всерьёз обеспокоены безопасностью детей.
В последние годы в области наметился и другой способ решения проблемы "заброшек". Акиматы городов и районов начали восстанавливать пустующие многоквартирные дома. Этот способ позволяет разом убить двух зайцев: ликвидировать опасный объект и дать людям жильё.
Восстановление многоквартирных "заброшек" началось в прошлом году в селе Самарском. В Новой Бухтарме частный инвестор выкупил два недостроенных панельных дома и превращает их в полноценное жильё. К слову, в Бухтарме местные власти неоднократно заваривали окна и двери. И всё равно дети ухитрялись проникать внутрь. По мере восстановления эти здания утратят для ребят привлекательность тайны и риска.
Главная проблема в том, что поиски владельцев таких объектов, возвращение в муниципальную собственность и восстановление — это вопрос времени и денег. Причём немалых. Значит, надо предпринять всё, чтобы "заброшки" были максимально недоступны физически.
"Пойдём бояться вместе!"
Пустующие строения, крыши домов, таинственные подвалы и пустыри всегда будут манить подрастающее поколение возможностью проверить себя, пощекотать нервы, доказать другим детям свой авторитет.
При этом, по мнению психологов, увещевания и запугивания, особенно от человека, который не является для детей авторитетом, не отвратят их от опасного похода. А зачастую дети и не расскажут родителям о том, где они были и что там видели. Знатоки подростковой психологии считают, что нейтрализовать привлекательность опасного места можно. Если отправиться туда хоть раз вместе с ребёнком.
Фото Олега Серова