Жительница Усть-Каменогорска получила серьёзный ожог во время удаления желчного пузыря
Плановое хирургическое вмешательство обернулось для Людмилы Власовой глубоким ожогом, потребовавшим пересадки кожи. По версии пациентки, больница обязалась провести операцию и оказать дальнейшую помощь до полного восстановления. Однако сейчас необходимые восстановительные процедуры женщина вынуждена оплачивать самостоятельно.
Ничего не предвещало
8 декабря 2025 года Людмила поступила в хирургическое отделение Восточно-Казахстанского областного специализированного медицинского центра (бывшая городская больница № 1 — прим. автора) для планового удаления желчного пузыря методом лапароскопии — через небольшие разрезы. Тогда она не подозревала, к каким последствиям приведет это, казалось бы, рядовое вмешательство.
— Во время операции я получила ожог III "Б" степени от электрода, — рассказывает собеседница.
Согласно медицинским документам, повреждение образовалось на задней поверхности правого бедра — в месте расположения пассивного электрода коагулирующей системы.
Наша справка
Коагулирующая система — это электрохирургический аппарат, который помогает хирургу рассекать ткани и останавливать кровотечение с помощью электрического тока. В работе устройства задействованы два электрода: активным врач воздействует на ткани, а пассивный, или нейтральный, обычно в виде специальной пластины размещают на теле пациента. Через него ток возвращается к аппарату.
Ожоги в месте установки пассивного электрода могут возникать по разным причинам — от нарушения контакта с кожей до технических неисправностей оборудования.
Договорились на условиях
По словам Людмилы, ожог в больнице заметили лишь спустя сутки. До этого, по версии женщины, на повреждение кожи не обратили внимания ни при снятии компрессионных чулок, ни во время введения обезболивающего препарата. Травму обнаружил врач из другого отделения, пришедший на замещение.
Родственники Людмилы хотели вызвать полицию, зафиксировать происшествие и решать вопрос через правоохранительные органы. Однако, как говорит пациентка, в больнице предложили урегулировать ситуацию мирным путем - с помощью медиации.
Она сомневалась, стоит ли принимать предложенный вариант, но в итоге подписала соглашение.
— Мне требовалась пересадка кожи, а после нее — длительное восстановление, — объясняет свое решение собеседница.
При этом пациентка настаивала на том, чтобы операцию по пересадке кожи оплатила больница, которую она считает ответственной за полученную травму.
Боль
На месте ожога образовался темный струп. По воспоминаниям Людмилы, поначалу он практически не причинял боли. Позже женщина узнала, что при глубоких ожогах могут повреждаться нервные окончания, из-за чего чувствительность пораженного участка снижается или утрачивается. Сильные болевые ощущения возникли во время подготовки раны к пересадке кожи. Этот этап лечения потребовал времени.
— Больше месяца через день я приезжала в больницу, и мне наживую срезали эту корку. В один из дней я чуть в обморок не упала от боли. Меня госпитализировали, под наркозом чистили рану, — вспоминает собеседница.
Длительная подготовка к операции сказалась и на ее финансовом положении.
— Все это время я не могла нормально работать, — говорит женщина.
Странное сообщение
3 февраля 2026 года состоялась операция по пересадке кожи, а 6 февраля Людмилу выписали из стационара.
Спустя некоторое время на ее телефон пришло SMS-уведомление с номера 1414 о том, что в день выписки ей была оказана медицинская услуга в Восточно-Казахстанском областном специализированном медицинском центре.
— Я удивилась такому сообщению, — делится женщина. — Насколько знаю, SMS с номера 1414 приходят в связи с оказанием медуслуг в рамках ОСМС. Моя принципиальная позиция заключалась в том, чтобы больница провела операцию по пересадке кожи за свой счет, а не за счет Фонда социального медицинского страхования. Поэтому сообщение меня озадачило.
Вопросы возникли и к диагнозу, указанному в уведомлении.
— Там был обозначен не ожог, полученный во время удаления желчного пузыря, а "посттравматическая раневая инфекция, не классифицированная в других рубриках", — отмечает собеседница.
Чтобы разобраться в ситуации, Людмила направила официальный запрос в Фонд социального медицинского страхования с просьбой предоставить информацию об оказанных ей услугах. В ответ получила таблицу, в которой содержалась запись о госпитализации от 2 февраля 2026 года. Там же были указаны название больницы, где оперировали женщину, ее персональные данные и сумма — 787 639,55 теңге. В графе "Источник финансирования" значилось "ОСМС".
— В таблице была обозначена точная дата, когда я поступила в Восточно-Казахстанский областной специализированный медицинский центр для пересадки кожи. Но вместо ожога, полученного во время операции по удалению желчного, вновь была написана "посттравматическая раневая инфекция, не классифицированная в других рубриках", — поясняет пациентка.
Осталась без поддержки
Несмотря на возникшие у Людмилы вопросы относительно источника финансирования операции и диагноза, отраженных в таблице, присланной ФСМС, пересадка кожи фактически была выполнена. Женщина надеялась, что и остальные договоренности будут соблюдены. Однако на этапе восстановления возникли сложности.
По версии пациентки, поначалу ей компенсировали расходы на мази и необходимые восстановительные процедуры, но со временем выплаты прекратились. Сейчас для коррекции послеоперационного рубца требуются дорогостоящие физиопроцедуры и лазерное лечение. В дальнейшем, по словам собеседницы, может потребоваться и пластическая операция.
— У меня теперь такой шрам огромный. Но меня он беспокоит не только с эстетической точки зрения. Он причиняет дискомфорт, вызывает болезненные ощущения, стягивает кожу, иногда возникает покалывание. Я даже за рулем нормально ездить не могу, — делится женщина.
На данный момент Людмила продолжает восстановление за свой счет.
От редакции
История Людмилы показалась нам невероятной, но она была подтверждена большим количеством документов. Соответственно у редакции появились вопросы. Каким образом медицинская организация обязана осуществлять возмещение ущерба больному в случае врачебной ошибки или сбоя оборудования? Как осуществляется контроль проводимых медицинской организацией операций? Куда пациент может обратиться, если считает, что медицинская организация не выполнила взятые на себя обязательства по возмещению ущерба, а предложенное лечение не устраняет последствия травмы?
Эти и другие вопросы будут заданы редакцией соответствующим структурам.
Фото Олега Серова
